Он-лайн консультирование Вопрос-ответ Задайте вопрос психологам центра Увлекательные встречи. Фотогалерея.
Рейтинг семйного психологического центра Отражение

Профессиональная этика гештальта (Питер Филлипсон)

Тэги: гештальт-терапия, профессиональная этика

Я должен нести ответственность за то, что происходит в терапевтическом кабинете. Я отвечаю за то, что происходит, включая самочувствие клиента. Это значит, что я не просто возвращаю все, что происходит, клиенту, но и признаю для себя и для клиента (там, где это уместно) соучастие в событиях. Я должен быть готов извиниться за то, что наши встречи не состоялись.

С другой стороны я не отказываюсь от своей сильной позиции в терапии. Если я поступлю таким образом, чтобы защитить клиента, я лишу его возможности полностью присвоить себе ответственность. Так же я не навязываю своей власти клиенту и не прячусь, когда общение становится для меня неудобным.

Также мне следует предоставить ответственность за жизнь клиента только ему. Мне не следует требовать от клиента передачи мне полномочий касательно его жизни и отношений (исключая некоторые случаи, и лишь на короткое время, чтобы не принести серьезного вреда). Я не должен требовать от клиента, чтобы он видел во мне родительскую фигуру, а самого себя как: моего ребенка. Я отвечаю за совершенные мной ошибки и причиненный вред, и у клиента должна быть такая же ответственность, кроме случаев, когда известно, что за пределами терапии он не способен брать на себя ответственность, что случается редко.

Я не должен прятаться за экспертной позицией или за методами, например — экспериментом. До тех пор, пока это помогает клиенту выйти на новый уровень, он должен видеть меня на этом уровне, а я призван поддерживать эту новизну.

Терапевт легко оставаться с клиентом в безопасном месте — относительно удобном и не вызывающем возражений у обоих. В худшем случае терапия стагнируется. В лучшем — клиент скажет что-то, важность чего может быть легко разрушена чьим-то критическим замечанием. Скорей, я должен быть готов рискнуть тем, чтобы в любой момент сойти с конфлюэнтной колеи на путь, который более полно выражает наше взаимодействие как не-зависимых людей.

Я не должен принимать решений, исходя из потребности собственного комфорта и во имя «блага» клиентов. Случись так, что я «застрял» в работе с клиентом или чувствую себя неловко относительно некоторых аспектов наших встреч, я должен найти соответствующий способ, чтобы встретиться с этим — обычно вместе с клиентом, а иногда и наедине с собой. В частности, мне нужно быть эмоционально честным, не окружать себя аурой «теплоты» или близости, а быть открытым к тому, что я чувствую (или не чувствую) относительно этого клиента в данное время.

Я должен оставаться максимально осознанным в смысле того, что я чувствую, и делиться своим видением того, что принесет терапия в дальнейшем, т.е. тем, что клиент сможет «пережевать» и принять.

Я должен прощать себя и, в тоже время быть способным задавать себе вопросы и расширять свои возможности. Мне следует избегать желания быть «идеальным терапевтом» и не идеализировать других как прекрасных терапевтов или тренеров. Поэтому я знаю, что иногда я должен прощать себя и, в тоже время быть способным задавать себе вопросы и расширять свои возможности. Мне следует избегать желания быть «идеальным терапевтом» и не идеализировать других как прекрасных терапевтов или тренеров. Поэтому я знаю, что иногда я не буду соответствовать требованиям всех «должествований», включая и это. Мне нужно замечать области, в которых я соответствую требованиям и получаю достаточно вдохновения от моей работы, чтобы захотеть совершенствоваться в этих областях. Я не смогу быть успешным гештальт-терапевтом, не получая вдохновения, которое пронизывает всю мою работу, хоть я и не буду ощущать его все время.

Полагаю, что эти этические принципы необходимы и достаточны для гештальт-терапевта. Их можно формализовать, но любое расширение может отдалить их от экзистенциальной сути гештальт-терапии.

Из книги Питера Филлипсона «SELF в отношениях»

ПИТЕР ФИЛЛИПСОН — гештальт-психотерапевт, тренер, преподаватель и супервизор британского института гештальт — терапии; учредитель гештальт-центра в Манчестере. Питер Филиппсон был президентом Ассоциации продвижения гештальт-терапии (AAGT)


Тэги: гештальт-терапия   профессиональная этика  

Возврат к списку